Иосиф Виссарионович Сталин
Из речи по поводу смерти Ленина, 1 924 год
Двадцать пять лет пестовал товарищ Ленин нашу партию и выпестовал её как самую крепкую и самую закалённую в мире рабочую партию. Удары царизма и его опричников, бешенство буржуазии и помещиков, вооружённые нападения Колчака и Деникина, вооружённое вмешательство Англии и Франции, ложь и клевета стоустой буржуазной печати — все эти скорпионы неизменно падали на голову нашей партии на протяжении четверти века. Но наша партия стояла, как утёс, отражая бесчисленные удары врагов и ведя рабочий класс к победе. В жестоких боях выковала наша партия единство и сплочённость своих рядов. Единством и сплочённостью добилась она победы над врагами рабочего класса.
Ленин никогда не смотрел на Республику Советов как на самоцель. Он всегда рассматривал её как необходимое звено для усиления революционного движения в странах Запада и Востока, как необходимое звено для облегчения победы трудящихся всего мира над капиталом. Ленин знал, что только такое понимание является правильным не только с точки зрения международной, но и с точки зрения сохранения самой Республики Советов. Ленин знал, что только таким путём можно воспламенить сердца трудящихся всего мира к решительным боям за освобождение...
Вы видели паломничество к гробу товарища Ленина десятков и сотен тысяч трудящихся. Через некоторое время вы увидите паломничество представителей миллионов трудящихся к могиле товарища Ленина. Можете не сомневаться в том, что за представителями миллионов потянутся потом представители десятков и сотен миллионов, чтобы засвидетельствовать, что Ленин был вождём не только русского пролетариата, не только европейских рабочих, не только колониального Востока, но и всего трудящегося мира земного шара.
Какое удовольствие не спеша делать то, что вам нравится! По радио может прозвучать целый спектакль, пока вы возитесь с одной газетной полосой, кропотливо работая над вставками и шлифуя концовки. Конечно, на компьютере это можно сделать быстро, но тогда работа потеряет свою прелесть.
Я люблю свою студию. Она расположена над Dunkin’ Donuts в старом и запущенном четырёхэтажном здании между Четырнадцатой улицей и Шестой авеню на Манхэттене. Она сравнительно недорогая по меркам Нью-Йорка, что даёт мне больше свободы в работе. Это, конечно, дыра, но это моя дыра.
Шрифт — это я!
Водяное колесо
Некоторые историки полагают, что идея водяного колеса попала в Европу из Китая по ...