Блокада Ленинграда

В состав группы армий «Север», перед которой стояла задача захвата города на Неве, входили 29 дивизий, общая численность войск достигала 500 тысяч человек. Войска были отлично вооружены и оснащены современными средствами связи. Командование группой «Север» Гитлер возложил на генерал-фельдмаршала фон Лееба.

Леебу поручалось уничтожить части Красной Армии, расположенные в Прибалтике, развить наступление, захватить все военно-морские базы на Балтийском море и к 21 июля овладеть Ленинградом. 9 июля был занят Псков. 10 июля немецкие танки прорвали фронт и пошли на Лугу. До Ленинграда оставалось 180 километров. 21 августа немцы заняли станцию Чудово, перерезали Октябрьскую железную дорогу и через 8 дней овладели Тосно. 30 августа пал крупный железнодорожный узел Мга. Последняя железная дорога, соединяющая Ленинград со страной, оказалась в руках немцев. 8 сентября 1941 года гитлеровцы захватили у истока Невы город Шлиссельбург, окружив Ленинград с суши. Началась блокада Ленинграда.

На момент установления блокады в городе находилось 2 миллиона 544 тысячи человек, в том числе около 400 тысяч детей. Кроме того, в пригородных районах, то есть тоже в кольце блокады, осталось 343 тысячи человек. В сентябре, когда начались систематические бомбардировки, обстрелы и пожары, многие хотели выехать, но пути уже были отрезаны.

Горожане начали готовиться к осаде: люди бросились изымать средства из сберкасс, за несколько часов был выбран весь денежный запас по городу. У всех магазинов выстроились огромные очереди. На самом деле в осаду мало кто верил, но по старой привычке запасались сахаром, мукой, мылом, солью. Даже по официальным данным спрос на эти продукты в некоторых районах увеличился в пять раз.

Управление НКВД по Ленинградской области произвело обследование состояния хранения неприкосновенного запаса (НЗ) продовольствия. В своём донесении под грифом «совершенно секретно» на имя секретаря Ленинградского горкома ВКП(б) управление сообщало, что «кладовые непригодны для хранения продуктов, не соблюдаются требования санитарного надзора, неприкосновенный запас подвергнут порче...».

Вечером 8 сентября, в 18 часов 55 минут на Ленинград обрушился невиданный ранее по ударной мощи налёт вражеской авиации. Только за один заход бомбардировщиков на город было сброшено 6 327 зажигательных бомб. Чёрные клубы дыма от 178 пожаров потянулись к небу. От немецкой бомбёжки загорелись Бадаевские склады.

Ущерб складам был нанесён незначительный, но сам факт пожара породил устойчивую легенду, согласно которой при пожаре сгорели «стратегические запасы продовольствия», что и стало причиной последующего страшного голода.

В Спецфонде ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области хранится папка с грифом СО-3, дело № 2901 от 9 сентября 1941 года «О пожаре на Бадаевских складах». Эти документы не так давно были рассекречены. В папке содержатся протоколы допросов, квитанции, выписки из ведомостей товарных запасов, перечни складских помещений — все документы. Исследование показало, что продуктов, исходя из распределительных норм сентября и численности населения, хватило бы городу всего на день-два.

Никакого серьёзного запаса в Ленинграде в принципе не существовало — город жил на привозных продуктах, питаясь «с колёс». В конце июля 1941 года в наличии был примерно недельный запас продуктов. Более того, создать стратегические запасы продовольствия для города с почти трёхмиллионным населением было практически невозможно, тем более в условиях августа — сентября того года.

С первых дней сентября в Ленинграде были введены продовольственные карточки. Закрылись столовые и рестораны. Весь скот, имевшийся в колхозах и госхозах, был забит, мясо сдали на заготовительные пункты. Кормовое фуражное зерно перевезли на мельницы с тем, чтобы перемолоть и использовать в качестве добавки к ржаной муке.

Занятия в школах были отменены до особого распоряжения.

С 1 октября рабочие и инженерно-технические работники стали получать по карточкам 400 граммов хлеба в сутки, все остальные — по 200 граммов. Резко сократилась выдача других продуктов. С пивоваренных заводов забрали 8 000 тонн солода и перемололи их. На мельницах вскрыли полы и собрали всю мучную пыль.

Для подвоза продовольствия и боеприпасов оставалась единственная коммуникация — по Ладожскому озеру. К началу войны оно было мало освоено и практически не изучено. 30 августа 1941 года Государственный Комитет Обороны принял решение о доставке грузов в Ленинград через Ладожское озеро. На западном берегу озера началось сооружение порта в бухте Осиновец, в 55 километрах от Ленинграда. 12 сентября 1941 года к причалам мыса Осиновец с восточного берега Ладожского озера пришли две баржи, доставив 626 тонн зерна и 116 тонн муки. Так начала действовать блокадная «артерия» Ленинграда, названная «Дорогой жизни».

Коммуникация приобрела стратегическое значение — по ней направлялись в город из глубины страны пополнение в войска, боеприпасы, топливо. Отсюда они переправлялись на баржах и небольших судах на западный берег, а затем их доставляли в Ленинград по железной дороге. Пропускная способность этого пути была невелика. Непрерывные бомбардировки врага значительно замедляли темп перевозок. Каждый рейс по озеру был подвигом. Осенние штормы на Ладоге делали невозможным судоходство.

Судов на Ладоге было крайне мало, и они не смогли существенно помочь голодающему городу. В ноябре Ладога стала затягиваться льдом. 20 ноября толщина льда достигла 180 миллиметров — на лёд вышли конные обозы, а 22 ноября — машины.

Соблюдая интервалы, на небольшой скорости машины поехали по следу лошадей. 23 ноября в Ленинград завезли только 19 тонн продовольствия. Дело в том, что лёд был хрупок; двухтонные грузовики везли по 2–3 мешка, тем не менее несколько машин затонуло. Позже к грузовикам стали прикреплять сани, что позволило уменьшить давление на лёд и увеличить количество груза. Помогли и морозы — если 25 ноября в город завезли 70 тонн продовольствия, то через месяц уже 800 тонн. За это время затонуло 40 грузовиков.

Перерезать «Дорогу жизни» немцы стремились постоянно. В первые недели работы трассы немецкие лётчики безнаказанно расстреливали с бреющего полёта автомашины и бомбами разбивали лёд на трассе. Для прикрытия трассы командование Ленинградского фронта установило прямо на льду Ладоги зенитные орудия и пулемёты, а также привлекло истребительную авиацию. Результаты не замедлили сказаться — 16 января 1942 года на западный берег Ладоги вместо запланированных 2 000 тонн было доставлено 2 506 тонн грузов.

Всего с 24 ноября 1941 года по 21 апреля 1942 года через Ладожское озеро в Ленинград было доставлено 361 309 тонн грузов, три четверти которых составляли продовольствие и фураж.

Дорога жизни была под особым контролем, но и на ней не обходилось без преступлений. Водители ухитрялись сворачивать с пути, расшивали мешки с продуктами, отсыпали по несколько килограммов и вновь зашивали. На пунктах приёма хищения не обнаруживали — мешки принимали не по весу, а по количеству. Но если факт кражи доказывался, то водитель немедленно представал перед военным трибуналом, который обычно выносил смертный приговор.

С 13 ноября 1941 года норма выдачи хлеба населению была снижена. Теперь рабочие и инженерно-технические работники получали по 300 граммов хлеба, все остальные — по 150. 20 ноября и этот скудный паёк пришлось урезать. Население стало получать самую низкую норму за все время блокады — 250 граммов на рабочую карточку и 125 граммов — на все остальные. В Ленинграде начался голод.

В городе резко возросло количество краж, убийств с целью завладения продуктовыми карточками. Начались налёты на хлебные фургоны и булочные. В пищу шло все. Первыми были съедены домашние животные. Люди отдирали обои, на обратной стороне которых сохранились остатки клейстера. Чтобы заполнить пустые желудки, заглушить ни с чем не сравнимые страдания от голода, жители прибегали к различным способам: ловили грачей, охотились за уцелевшими кошками и собаками, из домашних аптечек выбирали все, что можно употребить в пищу: касторку, вазелин, глицерин; из столярного клея варили суп, студень.

Пришли и другие бедствия. В конце ноября ударили морозы — под минус 40 градусов. Замёрзли водопроводные и канализационные трубы, жители остались без воды — теперь её можно было брать только из Невы.

Вскоре подошло к концу топливо. Перестали работать электростанции, в домах погас свет, внутренние стены квартир покрылись изморозью. Ленинградцы начали устанавливать в комнатах железные печки-времянки. В них сжигали столы, стулья, платяные и книжные шкафы, диваны, паркетные плитки пола, а затем и книги. Но подобного топлива хватило ненадолго. К декабрю 1941 года город оказался в ледяном плену. Улицы и площади занесло снегом, закрывшим первые этажи домов.

В декабре 1941 года были зафиксированы первые случаи каннибализма. Людоедов военные трибуналы приговаривали к расстрелу с конфискацией имущества. Приговоры обжалованию не подлежали и немедленно приводились в исполнение.

Но город жил и боролся. Заводы продолжали выпускать военную продукцию. Голодные измученные люди находили в себе силы работать. Кировский завод оказался в опасной близости от расположения немецких войск, и тем не менее там круглосуточно делали танки. Завод бомбили, в цехах возникали пожары, но никто не покидал рабочих мест. Из ворот завода ежедневно выходили танки и шли прямиком на фронт. В конце 1941 года производство снарядов и мин превышало миллион штук в месяц.

В сентябре — октябре 1941 года немецкая авиация совершала по несколько налётов в день, и во всех случаях объявлялась воздушная тревога. Люди уходили в укрытия, подвалы и находились там по несколько часов до отбоя. Такое массовое отвлечение рабочих приводило к снижению темпов производства, и было принято решение при появлении одного-двух самолётов тревогу не объявлять. Пришлось пойти и на такой риск — фронт требовал оружия.

Ленинград подготовился и к возможному прорыву немцев. На этот случай был разработан план уничтожения войск противника. На улицах и перекрёстках были возведены баррикады и противотанковые препятствия, построено 4 100 дотов и дзотов, в зданиях оборудовано более 20 тысяч огневых точек.

В городе работали театры, ставились новые спектакли, работали музеи. Все то время, пока продолжалась блокада, работало ленинградское радио. Для многих оно было единственной ниточкой, позволявшей почувствовать, что город живёт. Перед микрофоном в Доме радио была сделана деревянная подставка — на неё опирались выступавшие по радио поэты, писатели, дикторы.

10 декабря 1941 года директор Эрмитажа академик Орбели встречал гостей, пришедших на торжественное заседание, посвящённое 500-летию поэта и учёного Алишера Навои. Борис Пиотровский сделал доклад на тему «Мотивы древних восточных мифов в произведениях Навои». Учёный Николай Лебедев прочитал свои переводы стихов Навои. У него была последняя степень дистрофии — в зал его внесли друзья. Когда начался обстрел, никто не покинул заседание.

Зимой 1942 года было решено создать при радиокомитете симфонический оркестр. Его руководителем стал скрипач и дирижёр Карл Элиасберг. Музыкантов искали по всему городу. Струнную группу подобрали, а с духовой возникла проблема: люди просто физически не могли дуть в духовые инструменты. Некоторые падали в обморок прямо на репетиции. 9 августа 1941 года немцы обещали занять Ленинград. Ровно год спустя в несломленном городе состоялась премьера 7-й симфонии Шостаковича, которую впоследствии назовут «Ленинградской». Зал был полон — очереди за билетами в Большой зал филармонии были длиннее, чем в булочные. Чтобы обеспечить концерт, артиллеристы, оборонявшие город, исполнили в тот день собственную симфонию — обстрел позиций противника был непрерывным, и ни один самолёт в тот день не проник в воздушное пространство Ленинграда.

Город продолжал жить. 25 декабря 1941 года произошло первое повышение норм выдачи хлеба: рабочим на 100 граммов, служащим, иждивенцам и детям на 75 граммов. 24 января 1942 года ввели новые нормы снабжения хлебом. Рабочие стали получать 400 граммов, служащие 300, иждивенцы и дети 250, войска в первой линии 600, войска тыловых частей 400 граммов. 11 февраля паёк снова был увеличен.

Жителей старались эвакуировать. Эвакуация из города началась ещё в конце ноября 1941 года, но массовый характер она приняла лишь в январе 1942 года, когда окреп лёд. Из блокадного Ленинграда уезжали в первую очередь дети, женщины с детьми, больные, раненые и инвалиды. Эвакуации подлежали также научные работники, студенты, учащиеся ремесленных училищ, рабочие эвакуируемых заводов и их семьи.

Самая высокая смертность была зафиксирована в январе 1942 года — за один месяц умерло 96 751 человек.

Хуже всего приходилось детям. Когда умирают взрослые — это тяжело, но понятно. А смерть детей сознание принимать отказывается. Среди обвинительных документов, представленных на Нюрнбергском процессе, была и маленькая записная книжка, которую вела двенадцатилетняя ленинградская девочка Таня Савичева.

«28 декабря 1941 года Женя умерла...

Бабушка умерла 25 января 1942?го.

17 марта — Лека умер.

Дядя Вася умер 13 апреля.

10 мая — дядя Лёша, мама — 15 мая.

Савичевы умерли. Умерли все.

Осталась одна Таня».

Таню обнаружила санитарная команда, обходившая ленинградские дома. Когда её нашли, она была без сознания от голода. В эвакуации врачи два года боролись за её жизнь, но болезнь уже была неизлечимой.

В истории есть немало примеров, когда крепости и города сдавали из-за эпидемий. Ленинграду удалось этого избежать. Одним из самых страшных бедствий для города зимой 1941-1942 года стали полчища крыс. Особенно страдали от них обессилевшие от голода дети и старики. Крысы не только уничтожали и без того скудные запасы продовольствия, они были и потенциальными разносчиками чумы. Крыс ловили, пытались даже травить, но вскоре оставили эти попытки — чтобы не отравить людей (крыс тоже ели, если удавалось их поймать). И тогда санитарные врачи применили известный метод: отловленных крыс заразили крысиным тифом, опасным только для животных, и выпустили в популяцию.

25 марта 1942 года исполком Ленгорсовета принял решение о мобилизации всего трудоспособного населения на работы по очистке дворов, площадей и набережных. Измученные блокадой ленинградцы вышли на улицы и очистили город от завалов снега, льда, грязи, нечистот, трупов — весна была на подходе, а вместе с ней в городе могли начаться эпидемии. К концу апреля в Ленинграде начали ходить трамваи.

2 декабря 1942 года Ставка Верховного главнокомандующего утвердила план операции Волховского и Ленинградского фронтов, условно названный «Искра». Местом прорыва блокады был избран узкий выступ, разделявший войска фронтов. 12 января 1943 года, в 9 часов 30 минут, утреннюю тишину разорвал залп катюш — во всей полосе наступления началась артиллерийская подготовка. Как только она закончилась, на лёд вышли тысячи солдат. К концу первого дня наступления войска закрепились на двух плацдармах на левом берегу Невы. К полудню 18 января в районе Рабочих посёлков № 5 и 1 произошла встреча двух фронтов — блокада была прорвана.

18 января 1943 года ГКО принял решение о форсированном строительстве железнодорожной ветки, которая связала бы Ленинград со страной. За 18 дней строители проложили линию Шлиссельбург — Поляна протяжённостью 33 километра и возвели переправу через Неву. Утром 7 февраля жители Ленинграда восторженно встретили первый железнодорожный состав, пришедший прямо с Большой земли.

14 января 1944 года, в 9 часов 35 минут, по противнику открыли огонь тяжёлые морские орудия из Кронштадта, с фортов и кораблей, а также многочисленная полевая артиллерия. Атака стрелковых частей 2-й армии началась в 10 часов 40 минут. К 27 января 1944 года войска Ленинградского и Волховского фронтов взломали оборону 18-й немецкой армии, разгромили её основные силы и продвинулись на 60 километров в глубину. Видя реальную угрозу окружения, немцы отступили. С освобождением Пушкина, Гатчины и Чудово блокада Ленинграда была полностью снята.

Падение Ленинграда могло стать роковым для страны: был бы утерян Балтийский флот, порты Мурманск и Архангельск, через которые шла помощь от союзников, уникальные промышленные объекты. Утрата «колыбели революции» означала бы огромные издержки в морально-политическом аспекте. Продолжая борьбу за Ленинград и жертвуя населением города, Сталин спасал Россию.

Приказ Гитлера недвусмысленно гласил: Ленинград должен исчезнуть с карты мира. Фюрер неоднократно требовал сравнять город с землёй, истребить все его население, задушить голодом, подавить сопротивление защитников массированными воздушными и артиллерийскими ударами. Город не мог надеяться на снисхождение. В случае захвата Ленинграда его жители были бы обречены — немцы кормить их не собирались. Это в оккупированном Париже могла продолжаться обычная жизнь — против СССР велась война на уничтожение.

Сколько человек погибло в блокаду — точных данных нет и, вероятно, никогда уже не будет. В документах советской стороны на Нюрнбергском процессе фигурировала цифра в 650 тысяч умерших. Эти данные основаны на примерном количестве захороненных на двух самых больших мемориальных кладбищах — Пискарёвском и Серафимовском. Однако с первых же дней войны в Ленинград хлынул поток беженцев из западных районов страны.

Сколько было эвакуировано и умерло по дороге — неизвестно. Разные исследования позволили назвать цифру в 1 миллион 200 тысяч погибших в блокадном Ленинграде. Когда полностью была снята блокада, в Ленинграде осталось лишь 560 тысяч жителей.

Самая страшная осада города в военной истории человечества длилась 871 день.


«Защитим город Ленина!». Плакат. 1941 год.
«Защитим город Ленина!». Плакат. 1941 год.

Чем менее интересна буква, тем полезнее она для типографа.

Пит Цварт (1885–1977)

Дизайнер тоже участвует в повествовании. Элементы, которыми мы владеем, не имеют непосредственного отношения к рассказу, но являются способами выражения: типографика, линия, форма, цвет, контраст, масштаб, плотность и так далее. Мы изъясняемся с помощью своих средств, буквально между строк.

Майкл Рок (р. 1959)

Мне уже пятьдесят один год! А люди всё ещё звонят и спрашивают, не хочу ли я оформить обложку для альбома. Они говорят мне, что я могу сделать всё, что захочу, и мне очень трудно им объяснить, что полка с пластинками — это не то место, где мне хочется себя выразить. Обратитесь к двадцатилетнему.

Питер Сэвилл (р. 1955)

Портрет Елизаветы I Тюдор
Елизавета I
Речь перед вторжением непобедимой армады, 1 588 год Пусть боятся тираны; я же, видит ...
Сталин (Джугашвили), Иосиф Виссарионович
Иосиф Виссарионович Сталин
Из речи по поводу смерти Ленина, 1 924 год Двадцать пять лет пестовал товарищ Ленин ...