Распад СССР

В 1917 году, воспользовавшись царившим в стране после Февральской революции хаосом и умело сыграв на чувствах народных масс, путём военного переворота к власти пришли большевики во главе с Лениным. Этим было положено начало созданию невиданного доселе государства.

Первым делом большевики спешили удовлетворить запросы той части населения, благодаря которой они пришли к власти. Это вылилось в так называемую «экспроприацию экспроприаторов», но народ говорил проще: «грабь награбленное». Собственность на имущество, нажитое путём коммерции и предпринимательства, власть не признавала.

Крестьянам, как известно, больше всего нужна была земля. Своя земля, кровная. Большевики пообещали крестьянам землю в своём «Декрете о земле», но позже объявили, что земля является общенародной собственностью (что в целом справедливо), понимая под этим собственность государственную.

Государство взяло на себя функцию изъятия прибавочной стоимости для расходования на общегосударственные нужды, однако вместо эксплуататора-капиталиста, против которого по закону можно создать профсоюз или бастовать, появился всесильный чиновник, от имени государства трактующий законы, который мог признать профсоюз «контрреволюционным формированием», а забастовку «саботажем».

Ленин понял ошибочность чрезмерного «огосударствления», ввёл НЭП, но исправить идеологические перегибы был уже не в состоянии. Вокруг него создалась когорта тех, кому нравилось понукать массы и грозить маузером, и эта когорта потихоньку отстранила его от власти, а вскоре он и сам умер.

В тридцатые годы, когда страной правил Сталин, была произведена коллективизация, приведшая к массовой гибели крестьян как от голода, так и в результате повальных высылок. Кулаки были большей частью «выкорчеваны» ещё во время революции, очередь дошла до зажиточных середняков, которых и истребили. Крестьянам запретили менять место жительства — фактически сделали из них крепостных.

Время правления Сталина вошло в историю как годы массового террора. Террор, с одной стороны, истреблял инакомыслящих и просто мешающих правящим кругам людей, а с другой, нагнетал страх перед властью и давал почувствовать каждому индивидууму, что его судьба полностью в руках власти. Была введена паспортная система, причём закрепощённые крестьяне паспортов не имели. Паспорт содержал унизительную графу «прописка», которой нет в паспорте ни одной из цивилизованных стран.

Умных людей, представляющих потенциальную опасность, то есть интеллигенцию и духовенство, уничтожали. Насаждалась новая, классовая идеология. Классический пример: сына могли расстрелять за то, что он не донёс на отца.

На период правления Сталина пришлась и Великая Отечественная война, выигранная лишь чрезвычайным напряжением всех сил. Нельзя не учитывать мощь агрессоров, но и некомпетентности высшего руководства тоже хватало. Количество погибших советских людей в этой войне, по официальным данным, составляет 27 миллионов, и такое их количество отчасти обусловлено неподготовленностью к войне и потерей вследствие этого огромной территории.

После смерти Сталина в 1953 году к власти пришёл Хрущёв, который через три года, на XX съезде партии, заявил о культе личности Сталина и вреде, принесённом этим культом. Многие тысячи невинно пострадавших были реабилитированы.

С этого момента начинается «хрущёвская оттепель», проходящая на фоне «холодной войны». Ещё до смерти Сталина было создано советское атомное оружие, и при Хрущёве гонка вооружений с американцами, разумеется, продолжилась. Нарастание напряжённости вылилось в 1962 году в Карибский кризис, едва не приведший мир к ядерной катастрофе. Правление Хрущёва вошло в историю как время великих реформ. Было затронуто буквально все: сельское хозяйство, промышленность, финансовая система. Уровень жизни народа стал потихоньку повышаться, стали строить массовое жилье. Крестьяне получили паспорта. Приподнялся «железный занавес», закрывавший связи с зарубежьем. При Хрущёве страна добилась выдающихся успехов в космосе.

Время руководства Хрущёва запомнилось его субъективизмом и волюнтаризмом. Всем памятны его «догоним и перегоним Америку», «коммунизм к 1980 году», «кукуруза — царица полей» и «мы вам покажем кузькину мать!». Увлечение Хрущёва ракетной техникой чуть было не привело к расформированию артиллерийских войск.

Хрущёв до Горбачёва оставался единственным правителем СССР, покинувшим пост живым. 14 октября 1964 года, во время отдыха Хрущёва в Пицунде, оппозиция в ЦК сняла его с должности генсека.

Новым генсеком стал Л. И. Брежнев. Его правление ознаменовалось тотальной коррупцией, проникающей во все сферы общества: органы внутренних дел, прокуратуру, партийное руководство, торговлю. В Средней Азии сформировались настоящие феодальные мини-государства, основанные на взятках. В казне их «правителей» осели ценности на миллионы рублей. Отсюда деньги шли «наверх», в Москву.

Характером Брежнев отличался мягким и добродушным, к репрессиям он не прибегал.

Уровень жизни народа рос за счёт получения валюты от продажи нефти за границу. Об этом времени нередко теперь вспоминают, ностальгически вздыхая — надо же, ведь была стабильность... Тотальное распределение, подавление инициативы, предприимчивости, отсутствие экономического стимулирования труда, замена его политическими лозунгами привели к застою легальной экономики и процветанию «теневой», в которой наличествовали все нормальные товарно-денежные отношения.

После смерти Брежнева в 76-летнем возрасте (10 ноября 1982 года) начинается «карусель»: сначала генсеком становится 74-летний председатель КГБ (с мая 1967 года) Ю. В. Андропов. 9 февраля 1984 года Андропов умирает, и пост занимает 73-летний К. У. Черненко. Он не оставил практически никакой памяти о себе и 12 марта 1985 года тоже скончался.

С этого момента начинается правление М. С. Горбачёва. Ему всего 54 года, по сравнению с предыдущими генсеками он выглядит молодым человеком. Народ после прихода Горбачёва к власти ожидает перемен...

После революции обсуждались две формы объединения национальных республик: автономизация в составе РСФСР и равноправный союз.

Объединение фактически начало складываться в годы Гражданской войны на военно-политической основе. Единство политического строя облегчало этот процесс — в результате революции во всех республиках была установлена диктатура пролетариата. Переход к НЭПу также усилил объективную потребность к объединению республик. Сталин в это время занимал должность наркома по делам национальностей и был сторонником автономизации, так как при этом была возможность полного контроля над всей территорией. На X съезде партии Сталин говорил о потребности преодолеть социально-культурное и экономическое неравенство народов. Он считал, что шовинизм и местный национализм представляют собой одинаковую опасность для коммунистического интернационализма. Доклад сильно критиковался. На этом же съезде Сталин предложил покончить с национальным вопросом навсегда и предложил административный передел России.

Ленинская позиция была иной — он был сторонником союза республик.

30 декабря 1922 года, на съезде Советов, где присутствовали представители делегации РСФСР, Украины, Белоруссии и ЗСФСР, было провозглашено образование Союза Советских Социалистических Республик (СССР). Союз строился на модели, выработанной в Закавказье. Были приняты соответствующие Декларации и Договор. В Декларации указывались причины и принципы объединения, в Договоре определялись взаимоотношения между республиками, образующими союзное государство. Формально оно учреждалось как федерация суверенных советских республик с сохранением права свободного выхода и открытым доступом в неё. Однако механизм «свободного выхода» не предусматривался. В компетенцию Союза передавались вопросы внешней политики, внешней торговли, финансов, обороны, путей сообщения, связи. Остальное оставалось в ведении союзных республик. Высшим органом страны объявлялся Всесоюзный съезд Советов, в перерывах между его созывами — ЦИК СССР, состоявший из двух палат: Совета Союза и Совета Национальностей.

Сталин мало изменил своё отношение к национальной политике, постоянно подчёркивая опасность националистических проявлений и необходимость их беспощадного подавления.

II Всесоюзный съезд Советов, состоявшийся в январе 1924 года, в траурные дни, связанные со смертью Ленина, принял союзную Конституцию, в основе которой лежали Декларация и Договор, а в остальном её положения зиждились на принципах Конституции РСФСР 1918 года, отражавших ситуацию острого социального противоборства. В 1924–1925 годах были приняты конституции союзных республик, в основном повторяющие положения общесоюзной.

Обретение народами бывшей Российской империи своей государственности имело двоякие последствия. С одной стороны, оно пробуждало национальное самосознание, способствовало становлению и развитию национальных культур, позитивным сдвигам в структуре коренного населения.

Постоянно повышался статус этих образований, удовлетворяющий росту национальных амбиций. С другой стороны, этот процесс требовал адекватной тонкой и мудрой политики центрального союзного руководства, соответствующей национальному возрождению. В ином случае загоняемые до поры до времени внутрь национальные чувства и их игнорирование таили в себе потенциальную опасность взрыва национализма при неблагоприятном раскладе событий. Правда, в то время руководство мало задумывалось об этом, щедрой рукой нарезая территории отдельным государственным образованиям, даже если коренные жители и не составляли на них большинства населения, или легко передавая их «из рук в руки», от одной республики к другой, — это был потенциальный источник напряжённости.

...Шли годы и десятилетия. К началу 1980-х годов стала очевидна неэффективность попыток ограниченного реформирования советской системы. Страна вступила в период глубокого кризиса.

Вследствие этих и многих других причин к середине 1980-х годов возможность постепенного, безболезненного перехода к новой системе общественных отношений в России была безнадёжно упущена. Стихийное перерождение системы изменило весь жизненный уклад советского общества: перераспределялись права руководителей и предприятий, усилилась ведомственность, социальное неравенство. Изменился характер производственных отношений внутри предприятий, начала падать трудовая дисциплина, массовыми стали апатия и безразличие к результату, воровство, неуважение к честному труду, зависть к тем, кто больше зарабатывает.

Большинство рабочих и служащих необходимость перемен связывали с лучшей организацией и оплатой труда, более справедливым распределением общественного богатства. Часть крестьянства рассчитывала стать подлинными хозяевами своей земли и своего труда.

Однако в конечном счёте совсем другие силы определили направление и характер реформирования советской системы. Этими силами была советская номенклатура, тяготившаяся коммунистическими условностями и зависимостью личного благополучия от служебного положения.

Таким образом, к началу 80-х годов советская система фактически лишается поддержки в обществе и перестаёт быть легитимной. Её крах становится вопросом времени.

Первым конкретным шагом на пути политической реформы стали решения внеочередной двенадцатой сессии Верховного Совета СССР (одиннадцатого созыва), состоявшейся 29 ноября — 1 декабря 1988 года. Эти решения предусматривали изменение структуры высших органов власти и государственного управления страны, наделение вновь учреждённого Съезда народных депутатов и избираемого им ВС СССР реальными властными функциями, а также изменение избирательной системы, прежде всего введение выборов на альтернативной основе.

1989 год стал годом радикальных изменений, особенно в политической структуре общества. Состоявшимся в 1989 году выборам народных депутатов СССР (март — май) предшествовала невиданная в нашей стране избирательная кампания, начавшаяся ещё на исходе 1988 года. Возможность выдвижения нескольких альтернативных кандидатов (на 2 250 депутатских мест было выдвинуто 9 505 кандидатов) наконец-то давала советским гражданам возможность действительно выбирать одного из нескольких.

В выборах, проходивших 26 марта 1989 года по 1 500 территориальным и национально-территориальным округам, участвовали 89,8% включённых в списки избирателей. Эти выборы стали заметным сдвигом общества в сторону демократии, по крайней мере, как тогда казалось. За работой Съезда следила вся страна — повсеместно зафиксировано снижение производительности труда.

Первый Съезд народных депутатов СССР (25 мая — 9 июня 1989 года) стал весьма крупным политическим событием. Никогда ещё не было такого в истории нашей страны.

Конечно, сейчас можно с иронией смотреть на те баталии, что происходили на Съезде, но тогда это выглядело победой демократии. Практических результатов Съезда было немного, в частности был избран новый ВС СССР. Было принято несколько общих постановлений, например Постановление об основных направлениях внутренней и внешней политики СССР.

Летом — осенью 1989 года реформаторы в КПСС дали «демократам» возможность набрать политическую силу и влияние, позволили им представить правоцентристское единство в КПСС как стратегическую линию, а не как временный тактический маневр. Ситуация в стране требовала решительного развития курса на смешанную экономику, на создание правового государства и заключение нового Союзного договора. Все это объективно работало на «демократов».

К зиме 1989-1990 годов политическая ситуация существенно изменилась. Горбачёв, не без оснований опасаясь, что весенние выборы в республиках приведут к победе радикальных сил («Демократическая Россия», украинский РУХ и другие), которые сразу же — по примеру Прибалтики — постараются занять независимую позицию в отношении возглавляемого им Верховного Совета Союза, сделал шаг, против которого он и его единомышленники выступали ещё несколько месяцев назад. Используя свой авторитет в возглавляемом им Верховным Совете СССР, он сумел — при сопротивлении Межрегиональной депутатской группы — провести решение об учреждении поста Президента СССР. Став Президентом, Горбачёв получил широкие политические полномочия и тем самым сильно укрепил свою власть в стране.

А для того чтобы идеологически обосновать свою борьбу со «склеротическими геронтократами», старой партийной гвардией, он вынужден был провозгласить курс на обновление социализма с его ведущей и направляющей силой — КПСС. Поначалу, в апреле, когда народ скорбел по поводу антиалкогольной кампании, начались кадровые перестановки. Один за другим отправлялись на заслуженный отдых партийные вожди областей и республик. Чисткой аппарата руководил теперь уже подзабытый Егор Кузьмич Лигачёв, и за два года он справился со своей задачей — рассадил преданных людей на все ключевые посты.

Борьба на политической арене страны шла главным образом вокруг двух пунктов. Первый — общий сценарий развития перестройки. Будет ли это постепенное врастание сложившихся структур управления в рыночное хозяйство и введение государственно-бюрократического капитализма «сверху»? Или же, напротив, ликвидация этих структур и стихийное формирование капитализма «снизу»?

Второй узловой момент: поскольку реформы требуют заведомо непопулярных мер, то ответственность за их принятие и все связанные с ними издержки возлагаются, как правило, на политических противников. Чаще всего в роли «козла отпущения» выступал центр. Это проявлялось, например, в ходе политического скандала, который разразился в Верховном Совете России, когда союзное правительство обнародовало решение о введении договорных цен на ряд товаров (в ноябре 1990 года). А между тем это решение было согласовано и с Б. Н. Ельциным, и с И. С. Силаевым.

К концу 1990 года установилась патовая ситуация: ни коммунисты-реформаторы, ни либералы уже не могли, каждые в отдельности, добиться позитивных сдвигов в экономике, политике, социальной сфере. Главное — они не в состоянии были поодиночке противостоять угрозе всеобщей анархии. Первые — потому что в значительной степени утратили поддержку народа, вторые — потому что после своих первых побед успели подрастерять многих своих приверженцев.

Понимание необходимости политического компромисса наблюдалось как в одном, так и в другом лагере. Коммунисты-реформаторы (и даже коммунисты-консерваторы в лице ЦК КП РСФСР) в своих документах второй половины 1990 года призывали к гражданскому согласию, выражали готовность создать не просто блок сил «социалистической ориентации», но пойти на союз со всеми демократическими партиями и движениями. Их оппоненты, хлебнув лиха в решении практических вопросов, с которыми они столкнулись, придя к власти на местном, а кое-где и на республиканском уровне, похоже, также были внутренне готовы к сотрудничеству.

Идея компромисса с частью аппарата и центром и создания сильной исполнительной власти — таков, например, лейтмотив декабрьской программной статьи Г.Х. Попова, озаглавленной не без претензии: «Что делать?». Идея гражданского согласия путём приостановки действия или полного роспуска всех политических партий стала к концу 1990 года популярной и замелькала на разных флангах либерально-демократического движения. Об этом говорили и А. А. Собчак, и лидер Либерально-демократической партии России В. В. Жириновский. Либералы, по всей видимости, поняли, что их время истекает, так и не начавшись.

Роза политических ветров перестройки изменилась в очередной раз. Разразился острейший кризис сложившейся политической системы. Провозгласив лозунг «Вся власть — Советам!», реформаторы даже не задумывались над тем, что Советы, которые перестали быть «приводными ремнями» КПСС, не в состоянии организовать нормальный процесс политического развития. Пресса КПСС остро критиковала «некомпетентных демократов», не умеющих наладить работу тех Советов, в которых им принадлежит большинство. «Некомпетентные демократы» кивали на «саботаж» со стороны прежней правящей касты — аппарата исполнительной власти, мафиозных структур. Однако суть дела глубже. Политический кризис конца 1990 года — результат не столько некомпетентности или саботажа, сколько отжившего типа государственности.

1990 год ознаменовался односторонним решением некоторых союзных республик (в первую очередь прибалтийских) о самоопределении и создании независимых национальных государств.

Попытки союзного центра экономическими мерами воздействовать на эти решения в конечном счёте не имели успеха. По стране прокатилась волна провозглашения суверенитетов союзных республик, избрания в них своих президентов, введения новых названий. Республики стремились избавиться от диктата центра, объявив о своей независимости.

Реальная опасность неуправляемого распада СССР, грозящая непредсказуемыми последствиями, заставляла центр и республики искать путь к компромиссам и соглашениям. Идея заключения нового Союзного договора была выдвинута народными фронтами Прибалтики ещё в 1988 году. Но до середины 1989 года она не находила поддержки ни у политического руководства страны, ни у народных депутатов, ещё не освободившихся от пережитков имперских настроений. В то время многим казалось, что договор — не главное. Окончательно центр «дозрел» до осознания важности Союзного договора лишь после того, как «парад суверенитетов» до неузнаваемости изменил Союз, когда центробежные тенденции набрали силу.

Нельзя не упомянуть о путче в 1991 году, поскольку он ускорил процесс развала СССР. После путча СССР прекратил фактически своё существование.

Намеченное на 20 августа 1991 года подписание нового Союзного договора подтолкнуло консерваторов на решительные действия, так как соглашение лишало верхушку КПСС реальной власти, постов и привилегий. Согласно секретной договорённости М. Горбачёва с Б. Ельциным и Президентом Казахстана Н. Назарбаевым, о которой стало известно председателю КГБ В. Крючкову, после подписания договора предполагалось заменить премьер-министра СССР В. Павлова Н. Назарбаевым. Такая же судьба ожидала министра обороны, самого Крючкова и ряд других высокопоставленных лиц.

Однако в ночь на 19 августа 1991 года президент СССР М. С. Горбачёв был насильственно отстранён от власти. Группа высокопоставленных чиновников, в которую входили вице-президент Г. Янаев, председатель КГБ В. Крючков, министр обороны Д. Язов, премьер-министр В. Павлов, образовали самозваный, неконституционный Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР (ГКЧП).

Постановлениями ГКЧП в ряде регионов страны, главным образом в РСФСР, вводился режим чрезвычайного положения, запрещались митинги, манифестации, забастовки. Приостанавливалась деятельность демократических партий и организаций, газет, устанавливался контроль над средствами массовой информации.

Но ГКЧП смог продержаться у власти только три дня, с первых дней натолкнувшись на активное сопротивление россиян.

События 19–21 августа 1991 года изменили страну. Ушла в прошлое перестройка как «революция сверху» в рамках старой системы с ее ориентацией на раз и навсегда сделанный социалистический выбор.

Результатом августовских событий 1991 года явился распад СССР. Все попытки М. С. Горбачёва возобновить работу по подписанию нового Союзного договора оказались безуспешными. Украина и Белоруссия проголосовали за независимость своих республик и отказались от подписания Союзного договора. В этой ситуации объединение с другими республиками теряло смысл. 8 декабря 1991 года под Минском президентами Украины, Белоруссии и России было подписано Беловежское соглашение об образовании Содружества Независимых Государств. Позже к ним присоединились Казахстан и другие республики (кроме Прибалтики и Грузии). Подписанием этого договора заканчивалось существование Советского Союза как единого государства. Президент СССР Горбачёв был вынужден сложить свои полномочия.

Итак, из всего вышесказанного видно, что причин как образования, так и распада было больше, чем можно себе представить. Естественно, что причинами образования послужило то, что власти хотели централизованного государства во главе с Коммунистической партией, в этом были и свои плюсы, и свои минусы. Однако, это союзное государство не было обречено на полный распад. В распаде СССР — даже вполне совместимых его частей — прежде всего виновата правящая верхушка, не сумевшая найти более прочную основу, чем коммунистическая идеология, для интеграции народов бывшей Российской империи. Власть перенесла острейший кризис, после которого все попытки восстановления прежней системы не приводили к успехам. Перестала существовать единая партийная система, появились другие партии. После кризиса многие республики просто не захотели терпеть диктатуру центральной власти, им нужна была своя власть, независимость, в конечном счёте они объявляли свой суверенитет и выходили из СССР. Это был ещё один удар по центру. Разрабатывались новые соглашения и декларации, власти пытались удержать все на месте, но эта политическая система уже отжила своё. В результате СССР распался.


М. С. Горбачёв — первый и последний президент СССР
М. С. Горбачёв — первый и последний президент СССР

Будучи дизайнером, старайтесь, насколько это возможно, не гнаться за деньгами. Очень трудно не выйти из себя, когда какой-нибудь ублюдок отказывается вовремя заплатить за выполненную вами отличную работу.

Тони Брук (р. 1962)

Я занимаюсь дизайном как писатель и пишу как дизайнер.

Эбботт Миллер (р. 1963)

Ни в Garamond, ни в Caslon, ни в Baskerville не было bold версии до их возрождения в двадцатом веке. Для них были созданы и употреблялись только прямой шрифт и наклонный. Широко использовать эти шрифты в современном мире бесчеловечно. Увеличение размера Garamond разрушает его органичность.

Эмиль Рудер (1914–1970)

Мигель Сервет
Мигель Сервет
«Восстановление христианства», 1 553 год Из этого весьма ясно следует, что мягкая ...
Толпы зевак вокруг цеппелина, названного в честь основателя фирмы графа фон Цеппелина
Цеппелины
6 мая 1937 года обитатели военной базы Лейкхерст в штате Нью-Джерси стали ...