Благодаря открытиям Луи Пастера, Роберта Коха и других учёных к концу XIX века биологи узнали немало нового о болезнетворных бактериях, грибках и одноклеточных организмах. Но некоторые болезни имели, по всей видимости, иную, неопознанную природу.
Например, табачная мозаика — болезнь, передающаяся от одного растения табака к другому. В начале 1 880-х годов Адольф Майер установил, что болезнь передаётся с соком заражённого растения, и предположил, что возбудителем инфекции является бактерия. В 1 892 году Дмитрий Ивановский опроверг эту гипотезу, установив, что сок, пропущенный через антибактериальный фильтр («свечи Пастера — Шамберлана»), сохраняет инфекционные свойства.
В 1 890-х годах голландский учёный Мартин Бейеринк, удалив из листьев инфицированных растений сок, не обнаружил бактерий в сухом остатке. Пропущенный через фильтр тонкой очистки, сок заражённого растения по-прежнему инфицировал растения. В 1 898 году Бейеринк пришёл к выводу, что болезнь вызывается неизвестным видом патогенов. Патоген, впоследствии названный вирусом, был слишком мал для микроскопов того времени, и понять его природу сумело только следующее поколение учёных.

Наберётся десять, может быть, пятнадцать хороших шрифтов, которые я по крайней мере готов принять. И ещё 30 000 шрифтов, из которых 29 990 можно утопить в Тихом океане без малейшего ущерба для культуры.
Читайте. Путешествуйте. Читайте. Спрашивайте. Читайте. Учитесь. Размышляйте. Читайте.
Ни в Garamond, ни в Caslon, ни в Baskerville не было bold версии до их возрождения в двадцатом веке. Для них были созданы и употреблялись только прямой шрифт и наклонный. Широко использовать эти шрифты в современном мире бесчеловечно. Увеличение размера Garamond разрушает его органичность.

