Жан Поль Сартр, который почти год провёл в лагере для военнопленных и жил в оккупированном нацистами Париже, о несвободе знал не понаслышке. Тем не менее в двух своих книгах, опубликованных в 1 943 году, — «Бытие и ничто» и «Мухи» — он утверждал, что свобода абсолютна и неизбежна и что люди должны делать выбор и принимать его последствия.
Сартр писал, что человек «обречён на свободу». Его слова относились не только к живущим в свободном обществе, но и к гражданам оккупированных стран, перед которыми стоял выбор — подчиниться захватчикам или оказать им сопротивление, как это делал Сартр. Основываясь на личном опыте военных лет, Сартр вложил в экзистенциализм философию, постулирующую уникальность и исключительность человеческого бытия, — новый смысл для тех, кто считал защиту свободы личным и общественным долгом.
«...Или человек полностью детерминирован... или полностью свободен», — утверждал Жан Поль Сартр

Одни пьянеют от бутылки дешёвого вина, другие — от изучения старинных графических знаков.
Иногда вещи бывают прекрасны просто потому, что они работают, а порой вы делаете что-то прекрасное, стремясь заставить это работать. Оба подхода интересны, но эстетическая сторона для нас не самое главное. Скорее, нам интересны разновидности побочных эффектов.
Там, где я вырос, я слышал слово «арт» только тогда, когда кто то говорил о человеке по имени Артур.

