Манса Муса совершает хадж

Африканское «золотое царство» Мали было даже богаче, чем Гана. Золото, слоновая кость, невольники — все это было таким ходовым товаром, что в Африке не было людей богаче, чем правители Мали. Обращение в ислам окончательно упрочило их связи с арабами, чьи торговые караваны медленно шли через Сахару с грузом соли и других ценных товаров.

Один из этих царей (мане), Муса; прославил свою и без того знаменитую державу благодаря особом) таланту — умению показать себя с выгодной стороны. В 1 324 году этот экстравагантный правитель совершил легендарное паломничество в Мекку в сопровождении впечатляющей свиты из 60 000 человек. 500 рабов несли золотые дары, на каждого из 80 верблюдов было навьючено по 300 фунтов золота. Все спутники Мусы были облачены в шелка и драгоценные персидские ткани. Молва об этой неслыханной роскоши вкупе с неслыханной щедростью опережала паломников, пока они через Египет следовали к Мекке.

Хотя северные мусульмане и были глубоко впечатленны набожностью малийцев, их поразили культурные традиции Африки, шедшие вразрез с мусульманскими запретами, — например, слишком открытая одежда малийских женщин. При этом манса Муса получил урок почтения к противоположному полу: один египетский чиновник сообщил ему, что мусульманам запрещено делать женщин рабынями-наложницами. «Всем? — изумился, по слухам, Муса. — Даже царям?» «Даже царям», — последовал ответ.

Муса вернулся из Мекки полный решимости превратить Мали в центр учёности. В столице, Тимбукту, у него были дворец, огромная мечеть и библиотека, где хранилось собрание арабских книг. Всё это стало ещё и университетом, привлекавшим к себе арабских учёных и добавившим к длинному списку малийских достижений просвещённость.

Раскинувшаяся от Атлантического побережья до границ сегодняшней Нигерии и от края тропического леса до песков Сахары империя Мали вполне могла сравниться с Монголией и османской Турцией. На землях её царил мир, подданные благоденствовали. Великий арабский путешественник Ибн Баттута писал о царстве Мали: «И путешественнику, и домоседу можно не опасаться грабителей и разбойников».


Мусульманские паломники обходят вокруг Каабы в Запретной мечети в Мекке
Мусульманские паломники обходят вокруг Каабы в Запретной мечети в Мекке

Мои коллажи — это не мозаичные головоломки, а организмы, которые растут до тех пор, пока их вес не будет уравновешен их энергией. Что произойдёт дальше? В каком направлении они будут развиваться? Я ищу внутреннюю логику в самой работе. Эта логика может насчитывать множество составляющих или быть замкнута на самой себе, но она не более случайна, чем извивы виноградной лозы.

Обычно я просто пробую самые разные вещи и не очень волнуюсь о модульной сетке или структуре до тех пор, пока не почувствую, что понимаю, что я делаю. А после этого я убираю всё лишнее. Если вы начинаете с порядка, очень сложно достигнуть небрежности.

Каждый шрифт хочет знать: «Не толстоват ли я в этом абзаце?» Всё дело в контексте. Шрифт может выглядеть идеально тонким на экране, но в печатном варианте оказаться громоздким и бесформенным. У шрифта Mrs. Eaves узкая талия и маленькое тело.

Индейцы и американские военные на подписании мирного договора в Прери-ду-Шин. Рисунок для этой литографии был сделан непосредственно на месте событий
Мериуэзер Льюис и Уильям Кларк
Первые исследователи американского Запада Мериуэзер Льюис и Уильям Кларк должны ...
Карл Саган — первый посол Земли
Карл Саган
«Звуки Земли: межзвёздная запись „Вояджера“» Космический корабль «Вояджер», ...