На фоне других ярких цивилизаций Древнего мира минойцы прославились как народ, интересовавшийся не столько воинскими доблестями, сколько культурой, искусствами и созданием эффективной системы управления. Живя на острове и имея возможность почти не тратиться на содержание армии, древние жители Крита занялись мирными делами. Их великолепно оснащённый флот использовался не для завоеваний, а для торговли. В обмен на вино, оливковое масло и изделия ремесленников минойцы ввозили сырье, которого не было на Крите.
Минойцы любили точность и вели подробные торговые отчёты. Мы пока не можем прочесть их, но нет сомнений, что государство, настаивавшее на такой форме отчётности, создало самую совершенную бюрократическую систему своей эпохи.
Но главный источник наших сведений о жизни в Древнем Крите — развалины дворцов, вокруг которых взрастала культура минойцев. На их стенах сохранились фрески — ценнейшее наследие этой цивилизации. Полные радости жизни и восхищения окружающим миром минойские фрески некоторыми своими особенностями явно обязаны египетским. От других произведений средиземноморского искусства их отличают яркие краски и спонтанность изображаемых сцен. Люди кажутся запечатлёнными в момент движения или в порыве чувств, а не застывшими в искусственных позах. Для островной цивилизации, наслаждавшейся богатством и безопасностью, подобное самовыражение кажется вполне естественным.


То, чем я занимаюсь, вовсе не книгопечатание. Книгопечатанием я считаю механический процесс запечатления букв на странице. Речь идёт о дизайне букв. Аарон Бёрнс назвал это типографикой. Поскольку всё в мире должно иметь своё название, я считаю, что слово «типографика» подходит для описания того, чем я занимаюсь, не хуже, чем любое другое.
Когда вы хорошо освоили правила, вы можете делать всё что угодно, даже плевать на них, но начать что-либо без базовой структуры невозможно.
Это абсолютное сотрудничество... Мы всё делаем вместе, мы шагаем в ногу на протяжении всего процесса. Она поразительна. Что я могу вам сказать? Я люблю эту даму. Я люблю её такой, какая она есть, и я люблю её за то, что она делает.

