Ева Харт
Пассажирка «Титаника», 1 912 год
Папа вышел, поговорил с одним из матросов, потом вернулся и сказал: «Мы столкнулись с айсбергом, сейчас на воду спустят спасательные шлюпки, но к завтраку все уже снова будут на борту».
Кажется, паника началась, когда кончились шлюпки. Мы слышали крики людей, мечущихся по палубе в поисках шлюпок... Я окаменела от ужаса... Сначала под воду ушёл нос, а корма торчала над океаном ещё долго, или мне так казалось, а потом корабль перевернулся и пошёл ко дну, и были слышны вопли людей, отчаянно пытающихся спастись...
Наконец всё стихло — и эти леденящие душу крики, и плеск. Помню, как я сказала маме: «Какие страшные были эти звуки». А она ответила: «Да, но та тишина, после них, была ещё страшнее». Потому что корабль внезапно исчез, просто скрылся из виду, и больше не было ни огней, ни криков.
У меня хранится целая пачка календарей, которыми я когда то пользовался. Время от времени я открываю календарь за 1991 год и смотрю на все эти записи, казавшиеся тогда такими важными: встречи, из за которых я очень волновался; дела, по-поводу которых мне звонили по четыре раза в день. И я думаю: куда всё это делось? Где это сейчас? Всё исчезло. Единственное, что всегда остаётся с нами, — это работа.
Писать для меня — пытка, но я все равно заставляла себя это делать. Я чувствовала, что это лучший способ запечатлеть свой дизайнерский опыт того времени, которое тогда уже считала выдающимся. Из истории дизайна я знаю, что документы, в которых дизайнер говорит от первого лица, одни из самых редких.
Я не могу точно сказать, когда у меня появилась любовь к графикам. В детстве мне очень нравилась книга под названием «сравнения». В ней были сотни графиков, таблиц и перечней интересных фактов о самых быстрых машинах, самых высоких водопадах и самых крупных животных. Определённо, эта книга сильно повлияла на меня.
Елизавета I
Речь перед вторжением непобедимой армады, 1 588 год Пусть боятся тираны; я же, видит ...