Эрнан Кортес, конкистадор

Письмо из Мексики, 1 519 год

Мы прошли несколько шагов по улице, и навстречу нам вышел слуга с двумя завёрнутыми в ткань ожерельями из красных ракушек... Хозяин вручил мне этот подарок, сел... и обратился к мне с такой речью: «Поскольку ты, как говоришь, пришёл из тех мест, где восходит солнце, послушав, что ты рассказываешь о великом властителе, или короле, который послал тебя сюда, мы вполне уверились, что он и наш природный господин, тем более что он, как ты говоришь, давно уже о нас знает. Итак, знай, что мы будем повиноваться тебе и видеть в тебе господина и представителя того великого владыки, о коем ты говоришь, и не будет от нас никакого ослушания или измены... Я знаю также, что тебе говорили, будто стены домов у нас сложены из золота, что у меня и кровати в доме и прочая утварь сделаны из золота и что я именовал и именую себя богом, и многое ещё говорили тебе. Но, как видишь, дома у нас из камня, извёстки и глины».

Затем он приподнял свою одежду и обнажил тело и стал щупать рукой предплечья и туловище, приговаривая: «Видишь, я из плоти и крови, подобно тебе и прочим людям, я телесен и смертен. Видишь, как тебе наврали? Конечно, есть у меня сколько-то золота, доставшегося от предков, и всё это ты можешь взять, когда захочешь. Теперь я пойду в другие мои дома, а тебе здесь предоставят всё, что понадобится тебе и твоим людям, и не будет ни в чем отказа, ибо ты в своей стране и у себя дома».


Эрнан Кортес
Эрнан Кортес

Наберётся десять, может быть, пятнадцать хороших шрифтов, которые я по крайней мере готов принять. И ещё 30 000 шрифтов, из которых 29 990 можно утопить в Тихом океане без малейшего ущерба для культуры.

Буквы — своеобразные объекты, которые читатели способны воспринимать в единстве. Можно создать буквы такой формы, что по отдельности их никто не узнает, но можно будет прочесть их, если поставить рядом друг с другом.

Вот история о том, как я решил стать художником: когда я был совсем ещё маленьким мальчиком, кузен пришёл ко мне в гости с бумажным пакетом. Он спросил, хочу ли я увидеть птичку. Я подумал, что птичка у него в пакете. Он засунул руку в пакет, и я понял, что он нарисовал птичку карандашом на одной из сторон пакета. Это показалось мне чудом. Именно в тот момент я решил, чем буду заниматься в жизни: творить чудеса.

Картина Рембрандта, на которой Даная встречает Зевса, — самое известное изображение этой мифологической истории
Рембрандт
Знаменитый миф о Данае, матери Персея, удостоился кисти двух великих мастеров ...
Альберт Эйнштейн, 1 947 год
Альберт Эйнштейн
Роджер Розенблатт, журнал «Тайм» Почему он так важен для нашей эпохи? Не потому, ...