К 1 742 году на протяжении вот уже четверти века повсеместно использовалась температурная шкала Фаренгейта. Однако шведский астроном Андерс Цельсий не желал смиряться с тем, что температура замерзания воды по Фаренгейту соответствовала 32°. Цельсий полагал, что это весьма странная величина для важнейшей температуры, определяющей разницу между снегом и льдом, твёрдым и жидким состоянием воды.
Он предложил свою шкалу, на которой температура таяния снега соответствовала 100°, а температура кипения воды — 0°. (После смерти Цельсия другой великий шведский учёный Карл Линней «поменял местами» эти значения.) Шкала, долго носившая название Centigrade (лат. «сто шагов», поскольку между точками кипения и замерзания воды было ровно 100°), в 1 948 году получила новое международное имя — шкала Цельсия. Ею пользуются во всем мире, за исключением США и нескольких стран, по-прежнему хранящих верность Фаренгейту.


Наберётся десять, может быть, пятнадцать хороших шрифтов, которые я по крайней мере готов принять. И ещё 30 000 шрифтов, из которых 29 990 можно утопить в Тихом океане без малейшего ущерба для культуры.
Обычно я просто пробую самые разные вещи и не очень волнуюсь о модульной сетке или структуре до тех пор, пока не почувствую, что понимаю, что я делаю. А после этого я убираю всё лишнее. Если вы начинаете с порядка, очень сложно достигнуть небрежности.
Только настоящее время имеет значение. И это учит смирению, потому что, каким бы богатым ни был твой опыт, ты всё равно страшишься чистого листа... Это одновременно забавляет, тревожит и внушает опасение. Но зато как здорово, когда ты наконец-то завершил работу. Тебе приходится жить с ощущением постоянной угрозы, и ты получаешь огромное удовольствие, когда покидаешь опасную зону.

