Решив, что настало время для переговоров с Фландрией — крупнейшим центром торговли в Северной Европе, — немецкие города Любек и Гамбург заключили между собой союз. Переговоры с графиней Маргаритой они вели совместно, но в итоге заключили два отдельных договора с Фландрией. Эти переговоры стали одним из первых шагов к будущему Ганзейскому союзу — конфедерации свободных немецких городов, сообща отстаивавших свои торговые интересы на родине и вдали от дома.
С упадком феодализма и подъёмом денежной экономики Ганзейский союз быстро стал влиятельной силой: ганзейские купеческие конторы возникли в Англии и на Руси. В борьбе за контроль над Балтикой ганзейские города, торговавшие на балтийских берегах лесом, пушниной и мёдом, объединялись против пиратов (а однажды и против Дании). С переходом Европы от независимых городов к государствам-нациям Ганзейский союз превратился из политического в сугубо экономическое содружество.
Ганзейская торговля на Балтике начиналась с леса, воска, янтаря, дёгтя, мехов, зерна. По мере увеличения объёмов торговли росли и новые портовые города — Данциг (Гданьск) в Польше, Рига в Латвии, Ревель (Таллин) в Эстонии

Пожалуй, я против того, чтобы подразумевать под «графическим дизайном» всякие визитки, логотипы и рекламу. Более того, все эти вещи меня совершенно не интересуют. Такое понимание графического дизайна так же далеко от меня, как и профессия молочника или адвоката. Честно говоря, я охотнее стал бы молочником.
Я ненавижу беспорядок в офисах. Я хочу, чтобы туалеты были чистыми. Я не стану развешивать повсюду постеры. У меня не будут висеть дурацкие заметки рядом с туалетом — всё это меня раздражает. Мы ничего не печатаем шрифтом Comic Sans, и даже наши офисные работники в Берлине знают, что, когда они распечатывают заметку, они должны использовать шрифт нашей студии.
Я могу сосредоточиться где угодно. В моей гудящей, как улей, студии со свободной планировкой кто-то из двадцати шести человек постоянно хватает меня, чтобы вовлечь в какой-нибудь проект, взять на встречу и так далее. И у меня трое детей, каждый из которых может разбудить меня среди ночи и сделать то же самое.

